Эксперт сравнил визиты Путина и Трампа в Китай

Визиты американского и российского лидеров в Китай формально следовали единому протоколу, однако их содержание и восприятие различались. Китаевед Николай Вавилов в беседе с «Фонтанкой» проанализировал явные и скрытые аспекты переговоров, а также сравнил подходы глав государств.

По словам эксперта, с точки зрения китайского протокола встречи были идентичны, за исключением некоторых нюансов. Путина встречал Ван И, дважды министр иностранных дел и член Политбюро — главного управляющего органа Китая. Трампа встречал вице-президент Хань Чжэн, не являющийся членом Политбюро; он присутствовал на инаугурации Трампа и коронации Георга Третьего. Вавилов отметил, что должность вице-президента в Китае носит ритуальный характер и не предполагает участия в узком круге лиц, принимающих ключевые решения в компартии.

Программа для обоих лидеров была стандартной, однако Трамп, по мнению эксперта, вел себя вызывающе с точки зрения китайской культуры, пытаясь сначала перетянуть Си Цзиньпина на свою сторону, а затем заискивая перед ним. Поведение Путина, напротив, было более тонким: он продемонстрировал глубокое понимание страны, в частности, общаясь с китайцем, которого видел 20 лет назад. Трамп, по словам Вавилова, показал непонимание Китая, действуя на основе информации от сомнительных экспертов.

Эксперт отметил, что визит Трампа переносился и состоялся за неделю до визита Путина, что, вероятно, было сделано для корректировки повестки китайской стороны и ослабления взаимодействия России и Китая. Трамп ранее публично заявлял, что главная цель США — разделить Китай и Россию. Таким образом, визит Путина корректировал дату визита Трампа, а не повестку.

Реальных достижений Трампа по итогам визита незаметно. Китай серьезно сократил взаимодействие с США: контракты Boeing, поставки СПГ и сельхозпродукции. Китайская сторона не публикует эти данные, увязывая поведение Трампа по тайваньскому вопросу с его позицией по Ирану. Вавилов считает, что Китай демонстрирует способность управлять политикой США.

Комментируя фразу помощника президента Юрия Ушакова о «духе Пекина» в противовес «духу Анкориджа», эксперт пояснил, что «дух Анкориджа» не существует, так как консенсуса между США и Россией нет. «Дух Пекина» же реален и выражается в рекордном товарообороте, который за последнюю пятилетку составил половину от товарооборота США с Китаем. Это реальное многоуровневое взаимодействие: от кино и космоса до Арктики, Латинской Америки и Ирана.

Самым важным в визите российской команды эксперт назвал то, что Путина провожал Чжан Гоцин, вице-премьер и член Политбюро, курирующий промышленность и сделавший карьеру в оборонке. Это кадровое назначение, по мнению Вавилова, показывает, что Китай готовится к большой войне, а его ВПК работает на российских энергоносителях. Именно поэтому перед визитом Трамп ввел санкции против китайского НПЗ «Хэнли» в провинции Ляонин, связанного с ВПК.

Касаясь энергетической повестки, эксперт отметил, что «Сила Сибири — 2» не была самым важным содержанием визита. Однако ситуация напоминает 2014 год, когда началось обсуждение «Силы Сибири». Нынешний визит и глобальные темы, по его словам, касаются не союза, а глубокой военно-политической и экономической интеграции на ближайшие 12 лет. Это лишь начало переговоров 2026 года; до конца года ожидается еще как минимум две-три встречи Путина и Си Цзиньпина, в том числе после визита китайского лидера в США.

Эксперт подчеркнул, что Китай сделал большой шаг в сторону России, пересматривая ее критическое значение в рамках давления на Иран. Китай на 75% покрывает потребности в нефти за счет закупок, из которых 1/5 — иранская нефть и 1/5 — российская. США пытаются ограничить внешнюю политику Китая через энергетическую блокаду, но Россия — единственная страна, способная предоставить Китаю весь