В Санкт-Петербурге начались судебные слушания по административному делу в отношении бывшего руководителя фракции «Яблоко» в Законодательном собрании города Александра Шишлова. Ему вменяется нарушение части 9 статьи 13.15 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации, которая квалифицирует действия как злоупотребление свободой массовой информации. Суть претензий сводится к тому, что политик, по мнению правоохранительных органов, распространил в сети заведомо недостоверные сведения. Поводом для возбуждения дела послужил репост, сделанный 13 мая 2023 года в личном Telegram-канале Шишлова. В том сообщении содержалось видеоинтервью с Григорием Явлинским. Примечательно, что это не первый судебный эпизод, связанный с данной публикацией. Ранее, в прошлую пятницу, Петроградский районный суд уже вынес решение в отношении Шишлова по тому же посту, но по другой статье — 20.3 КоАП, которая касается демонстрации экстремистской символики. Тогда суд назначил наказание в виде штрафа в размере полутора тысяч рублей.
Допросы специалистов и ключевые разногласия
Мировой судья 153-го судебного участка Игорь Рябинников, принявший дело к производству 30 апреля, продемонстрировал более вдумчивый подход по сравнению с коллегой из районного суда. Судья удовлетворил ходатайство защиты о привлечении к участию в процессе филолога Светланы Друговейко-Должанской в качестве специалиста. Кроме того, по собственной инициативе он вызвал для дачи показаний автора экспертного заключения, которое легло в основу протокола об административном правонарушении. Им оказался сотрудник Российского государственного педагогического университета имени Герцена Алексей Богачёв. В ходе заседания участники процесса также смогли просмотреть фрагменты спорного видео, причем, в отличие от предыдущего разбирательства в районном суде, это было сделано со звуковым сопровождением.
Позиция представителя обвинения
Когда адвокат Андрей Чертков попросил Богачёва разъяснить суть проведенного им исследования, специалист заявил, что помнит содержание материала и может его прокомментировать. По его словам, в интервью фигурировали упоминания лиц, в частности Алексея Навального, который признан в России экстремистом и террористом. При этом, как отметил Богачёв, в видео отсутствовало указание на соответствующий статус этого лица. Однако на уточняющие вопросы специалист не смог внятно ответить, на каком именно основании он сделал вывод, что упомянутый человек является террористом и экстремистом. Он также не смог сослаться на конкретное решение суда или иного уполномоченного органа, подтверждающее такую квалификацию.
Тем не менее, представитель центра профилактики экстремизма в сфере образования и в молодёжной среде РГПУ настаивал на своей позиции. Он заявил, что отсутствие в тексте указания на статус упомянутых лиц само по себе является прямым нарушением российского законодательства. По его словам, это очевидный вывод, который не требует проведения каких-либо дополнительных изысканий. Остальная часть его заключения, как пояснил специалист, касалась выводов о том, что интервью создает общий негативный фон в отношении действующей власти и конституционного строя. Более того, Богачёв утверждал, что само интервью было нацелено на формирование у зрителей негативных установок, создавая ложное впечатление о преследовании в стране экстремистских и террористических организаций и лиц, а также на поддержку таких структур и людей. В завершение своего выступления специалист добавил, что, на его взгляд, упоминание данных лиц без указания их статуса как раз и представляет собой распространение недостоверной информации под видом достоверной.
Аргументы защиты и оппонента
Допрошенная следом филолог Светлана Друговейко-Должанская представила суду совершенно иную оценку работы Богачёва. Она обратила внимание на то, что в его заключении содержится множество субъективных мнений, причем зачастую невозможно определить, относятся ли эти суждения непосредственно к исследуемому тексту. Ключевым недостатком документа, по словам эксперта, стало полное отсутствие точных цитат из спорного видео. Кроме того, Друговейко-Должанская подчеркнула, что в заключении не проводится разграничение между фактами и оценочными суждениями, и автор даже не ставит перед собой такой задачи. В ходе осмотра видео, которое проводилось в присутствии филолога, участники процесса особо отметили плашку, сопровождающую интервью. В ней содержалась информация о включении отдельных организаций в реестр иноагентов и признании их экстремистскими.
После